Материалы портала предназначены исключительно для врачей и специалистов клиник
Закрыть
facebook youtube instagram
Вход
instagram youtube facebook

Сохраняя черты сквозь поколения – поколение 60+

Когда на прием приходит первичная пациентка в возрасте 60+, в первую очередь мы обсуждаем ожидаемый результат и время его достижения. И оказывается, что многие пациентки хотят выглядеть моложе, улучшить качество кожи и признаки старения, но без явных следов проведения процедур, ожидают натуральный и естественный результат и избегают, даже страшатся, эффекта «переделанного лица» и слишком заметных изменений.

Эта группа пациентов не склонна афишировать свои визиты к врачу эстетической медицины. Интересно, что когда в клинике случайно встречаются две пациентки 40+, они радуются друг другу и тому факту, что выбрали одного специалиста, однако пациентки 60+ смущаются такой непредвиденной встречи.

Пациентки этой возрастной группы достаточно требовательны к результату, поэтому на первой консультации стоит детально обсудить, какие изменения можно получить за определенный период времени и вложения. Пациентов 60+ становится все больше в нашей практике. Причина в том, что по статистике к 2100 году почти каждый 4-й будет старше 65 лет, в то время как лишь 1 из 20 будет младше 5. Мир стареет, но на страже всегда стоим мы и наши коллеги смежных специальностей.

Итак, давайте представим среднестатистическую пациентку 60+ и показания, которые мы увидим невооруженным глазом: нарушение овала лица, носогубные и губоподбородочные складки, скелетизация височной области, изменение положения бровей, сопутствующие грыжи верхних и нижних век, соответственно, пальпебромалярная и щечноскуловая борозды, а также разительное изменение качества кожи.

Начнем именно с последнего пункта, так как в арсенале компании Galderma есть такие мощные препараты, как скинбустеры и Sculptra®. Мы уже обсудили в первой части трилогии, посвященной поколению 25+, преимущества ревитализантов на основе стабилизированной ГК. Эта группа препаратов эффективна в любом возрасте, меняться будут исключительно техники и векторы введения для достижения быстрого и видимого результата.

Сейчас давайте окунемся в волшебный мир полимолочной кислоты. Sculptra® отмечает в этом году 21-летие.

21 год опыта, практики, различных схем и методик. На сегодняшний день у нас есть четкие рекомендации для проведения успешной процедуры – восстановление лиофилизата с помощью 8 мл воды для инъекций, дополнительно – 1–2 мл 2% раствора лидокаина, введение игольное либо канюльное по определенным векторам и в определенном слое, в зависимости от необходимого результата – исключительно улучшить качество кожи либо получить объем в зоне введения [1] (рис. 1 и 2).


  Рис. 1.


Рис. 2.

Согласно механизму действия, препарат Sculptra® на основе L-изомера полимолочной кислоты, благодаря полигональной форме гранул опосредует химическое и физическое воздействие. Наиболее распространенный миф связан с очень медленным результатом от применения имплантата. И правда, он нетороплив, однако, последователен, согласно исследованиям, повышенная экспрессия мРНК коллагена наблюдается на 2-й неделе после процедуры, на 3 месяце, когда наши пациенты видят ярко выраженный клинический эффект, происходит увеличение продукции коллагена I типа на 66,5 %, эффект сохраняется после единичной инъекции до 25 месяцев [2] (рис. 3).


Рис. 3.

Переходя к возможностям контурной пластики препаратами на основе ГК в возрастной группе 60+, хочу обратить внимание на латеральный овал лица – височная зона, скуловая область, угол нижней челюсти, проекция нижнечелюстные связки, подбородок. Анатомия старения очень проста, согласно исследованию Sebastian Cotofana, 2019 г. (рис. 4): происходит расширение верхнемедиального и нижнелатерального глазничного угла, а также уменьшается глабеллярный угол, угол в области пириформа (грушевидной ямки) и верхнечелюстной угол (рис. 5).


Рис. 4.


Рис. 5.

С чего стоит начать контурную пластику, чтобы получить немедленный омолаживающий эффект: восполнение дефицита объема в височной области, коррекция верхней трети носогубной складки в проекции пространства Ristow, минимизация дефицита проекции нижнечелюстной связки (так называемой, брыли) дают наиболее видимые эстетические результаты.

Височная зона крайне понятна по анатомии расположения слоев (рис. 6), любые глубокие инъекции будут иметь своей целью височную мышцу, что не есть физиологично. Поэтому в целях безопасной коррекции я предпочитаю канюльную технику для элевации латеральной бровной и височной области (рис. 7).


Рис. 6.


Рис. 7.

Таким образом, Restylane® 1,0 мл (по 0,5 мл с каждой стороны) распределяется на уровне ROOF в области верхней орбитальной области и под поверхностной фасцией в височной зоне. Restylane® – препарат выбора в данной области относительно емкости ткани и G* препарата (лифтинговой способности).

Дефицит объема в верхней трети носогубной складки у пациентов 60+ всегда связан с процессом костной резорбции области грушевидной ямки, и не может быть скорректирован внутрикожным введением препарата. Понимая патогенез, мы выбираем технику глубокого введения с помощью препарата с достаточно выраженным G* для минимизации количества вводимого филлера (рис. 8) – от 0,2 до 0,5 мл Restylane® Perlane в этой области позволят эффективно скомпенсировать дефицит объема. Никогда не забываем про аспирационную пробу – удержание поршня до 5–10 секунд позволит нам спрофилактировать возможное сосудистое осложнение в такой деликатной анатомической области.    


Рис. 8.

В наших статьях, посвященных поколениям, мы обсудили наиболее насущные показания у пациентов разных возрастных групп, хотя, конечно, не полностью. Ведь каждый пациент индивидуален и требует особого подхода. Надеюсь на скорейшее возобновление нормальной жизни и «живых» мастер-классов, где мы сможем обсудить любые клинические случаи.



[1] Alessio et аl. JDD 2014: 13(9): 1057-1066; Vleggааr et аl. JDD 2014: 13(suppl4): s44

[2] Narins RS. et al. Journal of the American Academy of Dermatology 62.3, 2010: 448-462; Goldberg D. et al. Dermatologic Surgery 39.6, 2013: 915-922; Stein P. et al. Journal of dermatological science 78.1, 2015: 26-33